1. Вход
Главная страница
RSS

С Юга на Север. [Северная дева]
Автор: Кайлих
Возрастное ограничение: 6+
Статус: в процессе
Анонс: Задумавшись, что происходило с Торином до того, как Смог напал на Эребор, я решила написать фик, используя свою ОС-ку - Кайлих.
(Если любимые админы не возражают, буду выкладывать фик частями, ибо времени у меня мало).
***

«Беги! Живо, живо!» – эти последние слова отца отдавали звоном в голове, как будто молот оглушительно бьет по наковальне, и гул их разносился по всему телу, отзываясь нескончаемым эхом в заходившемся в бешеном ритме сердце.
В глазах стоял туман – они были полны слез, но девочка не могла плакать, хотя горло изнутри сдавливал тугой комок. Она видела, как полыхали кроваво-красные языки пламени, обращая в пепел их дом, как омерзительный, смердящий орк перерезал горло мамы, кричащей что-то о Лориэне и о спасении. Как огромный варг со свалявшейся шерстью, полной блох, повалил на землю ее отца, до последнего момента решительно и гневно сжимавшего в руке топор…
А потом… Потом лужи крови, мокнущие в них волосы и одежды… Яростное рычание варгов, приближающийся визг и крик орков, зычный звук эльфийских рогов, гневный звон тетивы, пронзительный свист стрел во воздухе, предсмертные хрипы и проклятия…
Но Кайлих, обезумевшая от Увиденного и от быстрого бега, уже ничего не соображала. Горло словно сдавили тисками из раскаленной стали, ни один звук не мог сорваться с губ, только сиплый шепот.
Она бежала без оглядки, спотыкалась, падала, вставала и снова бежала, не обращая внимания на разодранную юбку, растрепанные косы и запутанные пряди с сухими листиками в них, испачканное лицо, царапины и ссадины на щеках, изодранные в кровь ладони...
«Лориэн… Лориэн… Я должна была быть уже там…» – проносилось в мыслях, наравне с то и дело повторяющимися отрывками Увиденного…


Мучил голод. Все внутренности сводило, сжимало, будто их сдавили в огромном кулаке. Во рту все пересохло, язык прилип к нёбу.
Очень редко попадались ручейки. Тогда измученная девочка припадала иссохшими губами к ледяным, сводившим зубы, струям, а потом проваливалась в тревожный сон, даже не заботясь об укрытии.
«Я приду со дня на день… Со дня на день…» – последняя мысль, после которой наступало забвение.
Однако проходили дни, недели, и Кайлих не понимала, что все дальше и дальше отходит от Лориэна.

***

– Подожди! Ну-ка, что это за ворох тряпья?

В ушах звенело, сердце колотилось о ребра, голова кружилась и на виски наваливалась ужасная тяжесть. Кайлих с адским усилием раскрыла отяжелевшие, словно налитые свинцом, веки. Какой-то темный силуэт навис над ней, закрывая полуденное солнце.
– Не трогай… Уйди, уйди … Нет, подожди… Спаси… – заплетающимся языком прошептала Кайлих, снова проваливаясь в темноту.
– Ваше Величество, это девочка! – откликнулся некто.
– Ну-ка, ну-ка… – совсем рядом раздались тяжелые шаги, тихо позванивало железо. – Эльф! – раздался над самым ухом удивленный бас.
– Не похоже. Ростом не вышла для эльфийки, пусть даже для столь юной… – отозвался первый голос.
– Полагаешь, не следует нести ее лихолесским? – усмехнулся бас.
– Ваше Величество, решение зависит от вас… Но смотрите, бедняжка так измотана… Она не из лихолесских обитателей.
– Твоя правда… Ладно, в Эреборе разберемся, – поднимая необычайно легкую девочку, произнес кто-то.
Последнее, что запомнила Кайлих – как ее усадил на пони перед собой, и топот копыт по земле…

***

Сумасшедший бег, который никогда, никогда не закончится, какие-то жуткие крики, похожие на визг свиней и рычание взбешенного волка… Ступни онемели, и будто бежали по воздуху, не чувствуя твердой, каменистой почвы. Она споткнулась и упала во что-то липкое, вязкое. Трясина… Она обволакивала, сковывала движения, тянула на дно. И вот она уже с головой погрузилась в смердящую жижу... Но чья-то сильная рука рывком вытащила ее на поверхность.
– Нет, пожалуйста, не надо! – сорвался с губ крик.

Кайлих очнулась в просторной постели. Раны были промыты и перевязаны, чувство зверского голода прошло. Хотелось только пить…
Полукровка с трудом повернула голову – шея затекла…
– Очнулась, – раздался с левой стороны постели чей-то громкий голос.
Кайлих вздрогнула и повернулась в другую сторону.
В полумраке комнаты, которую озарял лишь свет полыхающего огня из камина, девочка разглядела сидящего около постели паренька, на вид лет двенадцати-четырнадцати. Волнистые волосы цвета вороного крыла спускались чуть ниже подбородка. У висков волосы были собраны назад, около скул несколько прядей туго заплетены в две тонкие короткие косички. Легкая, несколько надменная улыбка на губах, и глаза… Голубые со стальным отливом, цвета зимнего неба, когда ладья Солнца озаряет его. Радостные отблески от огня смешались в них с какой-то недетской серьезностью.
– Пить… – прошептала Кайлих, не сводя взгляда с незнакомца.
Тот молча взял с ночного столика деревянную кружку, налил в нее воду из стоящего рядом серебряного кувшина…
Тихое журчание струи воды сливалось с треском поленьев в камине… Шорохи, создаваемые осторожными движениями мальчика, и его размеренное дыхание…
Паренек осторожно приподнял голову Кайлих, поднеся к ее губам края кружки. Прильнув к ним запекшимися губами, полукровка жадными, большими глотками осушила емкость. Живительная влага смочила горло, и прохлада разлилась по всему телу…
– Где я? – хрипло спросила Кайлих мальчика, пристально его разглядывая.
Тот ухмыльнулся.
– Тебе знакомо такое название, как Эребор? – ответил вопросом на вопрос собеседник. Голос мальчика оказался спокойным, необычайно глубоким для его возраста.
– Эребор… Эребор, Подгорное царство гномов! Конечно, папа… – оживленно затараторила Кайлих, но на последних словах голос сорвался, и она мгновенно помрачнела.
Юноша выжидающе посмотрел в лицо девочке, густые темные брови напряженно сошлись на переносице.
Повисла гнетущая пауза.
– Так значит, я в Эреборе?... – нарушив тишину, переспросила Кайлих, убирая шелковистую, слегка завивающуюся прядь льняных волос за заостренное ухо.
Мальчик кивнул.
«Но как… как так? Я должна быть в Лориэне!» – обеспокоено замельтешили мысли.
– Я направлялась в Лориэн… Как же тогда оказалась здесь?... – сорвались с губ мысли девочки.
Незнакомец удивленно поднял брови, но ничего не сказал.
– Смотрю, юная леди очнулась, – прозвучал из затемненного угла комнаты чей-то приятный негромкий баритон.
Оба собеседника повернули головы. Из сумрачного угла вышел гном: невысокого даже для подземного народа роста, с крючковатым, похожим на орлиный клюв, носом и в серебристо-сером балахоне, подвязанном кожаным поясом.
Гном задумчиво поглаживал темную, с серебристой проседью бороду. Темные мудрые глаза сочувственно глядели на Кайлих из-под кустистых бровей, но сам гном благодушно улыбался.
На миг светловолосой показалось, что этот взгляд жгуче-черных глаз пронизывает ее, Кайлих, насквозь, проникая в самые заветные уголки ее души, а она… она давно знает гнома. И это чувство какого-то близкого, даже кровного родства, ощущение полной беззащитности и прозрачности не принесло ни недоумения, ни страха. Душевный уют и покой нахлынули теплой, густой волной на сжавшееся, уже испещренное глубокими ранами и ссадинами сердечко Кайлих. Ей захотелось броситься на шею гному и рассказать все-все-все, что терзало, пугало и ужасало полукровку…
– Итак, позвольте представиться – Балин, – так же ободряюще улыбаясь, представился гном, слегка поклонившись.
– Кайлих… – произнесла девочка, упираясь перебинтованными локтями в подушку и силясь подняться.
– Нет-нет, лежи! – обеспокоено выговорил Балин, подавшись вперед, готовясь в любой момент поддержать ее.
Кайлих все-таки села на постели, с трудом пододвинувшись к дубовой спинке и откинувшись на нее. Тяжко выдохнув, светловолосая кинула мимолетный взгляд на мальчика. Тот искоса глядел на нее, все еще хмурясь...
– Я могу идти? – встав со стула, обратился к Балину паренек.
Кайлих увидела его в полный рост – высокий, на пару дюймов выше почтенного гнома, подтянутый, широкоплечий, облаченный в темно-синюю рубаху, опоясанную серебряным кушаком.
Балин осторожно потрепал широкой ладонью шевелюру мальчика.
– Конечно. И, будь добр, Торин, позови отца, – улыбнувшись и кивнув, ответил гном.
«Торин…» – далеким, предвещающим грозу раскатом грома пронеслось в голове Кайлих. «Значит, так его зовут…»
– Что-то передать? – приоткрыв дверь и впустив в комнату тусклую полоску света, спросил мальчик, повернувшись и исподлобья глядя на Балина.
Тот взглядом указал на Кайлих и своеобразным жестом руки показал, чтобы Торин не тянул время.
Сдержанно кивнув, темноволосый бросил быстрый взгляд на Кайлих… Легкий прищур глаз, которые, казалось, навевали холод своим цветом озерного льда, едва заметная ухмылка, и Торин почтил светловолосую легким кивком.
Та быстро опустила взгляд и принялась перебирать тонкими теплыми пальцами мягкую и пушистую шерсть пледа.
Через мгновение Торин вышел, осторожно закрыв дверь.
– Что ж, леди, как вы себя чувствуете? – глубоко вздохнув после короткой паузы, обратился к Кайлих Балин, неспешно усаживаясь на стул. Голос гнома звучал ободряюще.
– Неплохо… То есть, хорошо, – тихо, несколько смутившись такого тона, ответила девочка, не отрывая взгляд от ворсинок шерсти.
Наступила тишина. Вновь был слышен лишь треск и тихое шипение огня в камине.
Балин неторопливо, словно продумывая про себя каждый свой жест, достал из кисета на поясе короткую деревянную трубку. Встав со стула, он подошел к камину, взял совок и зачерпнул пригоршню углей. Отсыпав в трубку пару угольков, он легко швырнул оставшиеся обратно в камин. Огонь слегка взметнулся вверх, рассыпая мелкие алые искорки…
Вскоре, откинувшись на спинку стула, Балин уже выпускал изо рта колечки дыма разного размера. Они плавно взмывали под потолок и рассеивались в полумраке.
Откуда-то издалека, едва слышно доносились звуки ударяющегося о металл металла, звон цепей, чьи-то басистые голоса, то хохочущие, то что-то напевающие. Напев то складывался в мощную задорную песню, то разносился по Горе гудящими и мелодичными «м-м-м, о-о-о-ом-м-м, м-м-м», и постепенно вновь возвращался к песне, где каждый отрывистый звук совпадал с сильным и продолжительным «бом-м-м», будто гигантские молоты ударяли о металл, а каждая быстрая, как скороговорка, строчка, сопровождалась четкими и ритмичными звуками кирок и топоров…
По спине Кайлих пробежали мурашки.
Тут дверь в комнату открылась – вошел Торин. Он остановился у дверного проема, перед собой кого-то приземистого, ненамного выше самого мальчика, но по виду мощного и мускулистого. Деревянные половицы поскрипывали от тяжелых, размеренных и уверенных шагов, увесисто звенел металл.
Торин закрыл дверь, а Балин встал со стула, развеяв при этом ряд маленьких колечек дыма, и слегка опустил голову.
Ярко-оранжевые и бледно-желтые блики огня осветили вошедшего, и Кайлих узрела перед собой могучего гнома. Его облик поразил Кайлих куда больше, чем облик Балина, и даже внешность Торина…
Темная, зачесанная назад шевелюра, пышная борода, густые и длинные усы были перехвачены золотыми широкими ободками. Гном был облачен в алый балахон с золотыми застежками и орнаментом, подпоясанный медным кушаком с большой медной бляхой. На широкие плечи накинут алый плащ с отделкой из лоснящегося густого меха, отливающего при свете огня бронзой...
Но не облачение, даже не могучее телосложение поразили светловолосую, нет. Куда более сильно ошеломили девочку глаза – один сурово, но ясно сиял серо-голубым цветом из-под косматой брови, а другой… половина лица была изуродована шрамами и ожогами, а глаз закрывало бельмо.
Лицо с грубыми, но одновременно благородными чертами, выражало властное спокойствие, суровость, сдержанность, и вместе с тем неукротимый пыл, неустрашимость, даже безрассудную и отчаянную отвагу.
Гном сел на предложенный Балином стул. Тот жалобно скрипнул под тяжестью мощного тела, облаченного в металл и меха.
Кайлих вновь спрятала взгляд, а если и поднимала, то старалась не смотреть в глаза гному…
Какое-то время он пристально и смотрел на вконец оробевшую девочку. Щеки ее постепенно начинали пылать. Ей казалось, что ее лицо начинает плавиться под этим испытывающим взглядом одного глаза.
Ухмыльнувшись, гном наконец заговорил. Его густой вибрирующий бас разнесся по комнате громовым рокотом.
– Полагаю, нам стоит представиться, малышка. Мое имя – Траин II, сын Трора, Короля-под-Горой, наследник трона Эребора. Вы слышали о таком?
В последних словах послышалась усмешка, но смутившаяся Кайлих ее не заметила. Она и поверить не могла, что перед ней сидит король – настоящий! А уж про то, что это легендарный Траин, о котором полукровка много слышала от отца, и говорить нечего…
– Да… – почти шепотом ответила она.
– Прекрасно. Итак, как вы себя чувствуете?
– Хорошо, – сжимая и разжимая дрожащими руками плед, ответила девочка.
– Это радует, - усмехнулся Траин, вытаскивая из-за пояса деревянную трубку с причудливой резьбой. Чубук был украшен серебром.
– Торин, сынок, разожги табак, – с этими словами гном протянул трубку мальчику.
Кайлих исподлобья взглянула на Торина. Принц… значит, этот темноволосый юноша – такой же гном, как Траин и Балин? Только сейчас девочка обратила внимание на широкие ладони Торина, на мускулистые руки… Конечно, уже заметны недвусмысленная гордость в благородном лице, такой же невозмутимый, стойкий, и вместе с тем горячий взгляд, крепкое телосложение – как она, Кайлих, не признала в нем гнома? Она, сама отчасти гном…
Мальчик молча взял из рук отца трубку и подошел к камину…
Траин долго молчал, время от времени его плечи тяжко вздымались, крылья носа расширялись, набирая в легкие воздух, а затем изо рта вылетали то струйки, то кольца дыма. Ни Балин, ни Торин не нарушали тишины, а Кайлих боялась даже глубоко вздохнуть.
– Что ж, леди… – наконец заговорил гном...
Кайлих вздрогнула.
– … вы, верно, хотите знать, как оказались здесь, в Эреборе?
Девочка кивнула, боясь издать звук.
Траин же выпустил еще одно кольцо дыма и коротко поведал о том, как полукровка оказалась в Подгорном королевстве:
– Мы нашли вас неподалеку от Дэйла. Лежащую на голой земле и бредящую. Довольно странно, что жители города людей вас не заметили… Я, Балин и небольшой отряд гномов направлялись из Кхазад-Дума, Мории на общем наречии, и прошли через тракт Мэн-и-Наугрим, если вам интересно. Три… три дня вы пролежали без чувств, но все время бредили о каком-то побеге, как мне рассказывали Торин и Балин. А теперь объясните, почему такая юная эльфийка, как вы, посмели отправиться в довольно рискованный путь? Не говоря уж о том, что в одиночку, без провизии… Итак, я хочу выслушать вас.
Кайлих подняла глаза… Светло-карие несколько мгновений назад, теперь они отливали медью в свете огня. Она не понимала, почему вдруг ее сердце бешено застучало, когда ее назвали эльфийкой, и отчего ее вдруг разозлил этот тон. Но в ее жилах взыграл, забурлил раскаленный сплав смешанной крови. Теперь она прямо, не пряча взгляд, смотрела в один-единственный глаз гнома.
– Вы хотите знать, почему я здесь? – дрожащим от волнения, но громким голосом осведомилась светловолосая, выпрямив спину.
Траин степенно кивнул. Его глаз заинтересованно сверкнул.
Полукровка ровно села на кровати, хотя кости ломило, от боли все тело напряглось, и в лицо ударил жар.
Уверенным голосом восьмилетняя девочка начала свой рассказ:
– Мое имя – Кайлих, дочь Дондора, одного из морийских гномов. Его руки выдалбливали величественные стены огромных залов Мории. Моя мать – эльфийка из нолдор, Тираос, она простая эльфийка из Лориэна, но она принадлежит... принадлежит к дому Финарфина, сына Финвэ, первородного короля нолдоров…
Торин восхищенно смотрел на раскрасневшуюся, с таким гневом и с такой гордостью рассказывающую о том, что она – полукровка, Кайлих. Северным ветром, гуляющим по вершинам гор, несущим пряный запах горного разнотравья, зазвучало в голове юного принца ее имя.
– … Я родилась недалеко от Лориэна, на склонах Мглистых гор, там, где река Кибил-Нала берет свое начало… Наш дом находился там. Мы прожили восемь лет в мире, только втроем. Я даже не смела уходить далеко от дома, но папа много рассказывал мне об Эреборе, о Мории, о Подземном народе, а мама – об эльфах, о Средиземье… Но…
По щеке, сорвавшись с длинных темных ресниц, пробежала непрошеная слеза. Но Кайлих тихо промолвила:
– … Мои родители погибли. Я уже не помню, когда это случилось, но я помню, что очень долго шла в Лориэн… Очень долго.
Девочка закончила, из глаз хлынули слезы. Она не всхлипывала, лишь худенькие плечики изредка вздрагивали. Все, что тяготило душу Кайлих, разрывало ее, теперь будто раскрошилось под сильным ударом чего-то очень тяжелого. На сердце стало легко и спокойно лишь оттого, что еще хоть кто-то знает ее короткую, но трудную для нее историю. А слезы… они лишь помогали очистить душу от горя.
Траин молчал, Балин и Торин тоже. Огонь в камине почти догорел, только время от времени угли вспыхивали, и пламя вздымалось, и искры, разлетаясь, чуть слышно потрескивали…
– Значит, тебе восемь лет? – негромко и задумчиво, будто разговаривая сам с собой, спросил Траин, докурив трубку.
Кайлих опомнилась и кивнула, нарочито резкими движениями утирая слезы рукавом рубашки.
Гном осторожно, будто бы неуверенно, положил свою массивную ладонь на мягкие льняные кудри девочки. Затем встал и решительно вышел из комнаты, даже не попрощавшись…

***

Теплый осенний ветер заиграл листвой, вплетаясь шуршащим потоком в крону деревьев. Солнечные лучи проникали сквозь листья, и тонкие жилки на них походили на полноводную реку с ее речушками и ручейками.
На зубчики одного медово-желтого, в свете лучей, кленового листика будто капнули алой кровью. Он затрепетал, когда ветер зашептал что-то клену, будто бы боясь расстаться с родимой веткой. Но порыв ветра, точно затеяв злую шутку, сорвал лист и закружил в воздухе… Вихрь нес его над разукрашенным осенними цветами лесом вместе с другими листами, расставшимися со своими деревьями, кружа их в восхитительном танце.
Вскоре лист упал на карниз чьего-то дома. Соскользнув, листок плавно, переворачиваясь и покачиваясь, словно ладья на волнах, упал на каменную мостовую, и тут же был затоптан чьими-то ногами.
Люди, гномы – все куда-то шли, бежали. Радостные, суетливые голоса наполняли воздух гулом, разносящимся над всем городом. Кто-то торговался, покупая меч с инкрустированной самоцветами рукояткой за неимоверную цену, кто-то закупался снедью. А дети с хохотом и гамом носились между людьми, гномами и торговцами, которые отпускали им вслед от ласкового «Ах вы, негодники» до не вполне пристойных для детского слуха ругательств. И весь беззаботный шум означал лишь одно – да, наконец-то Дэйл открыл осеннюю ярмарку.
Один шустрый мальчуган с печеным яблоком в руке, щедро облитым карамелью, пронесся сквозь небольшую гномов, столкнув одного из них и чуть не обронив по пути сладость на его темно-зеленый плащ. К счастью для парнишки, его не успели схватить за шиворот – он с хохотом скрылся в толпе.
Торин схватил Кайлих за руку.
– Как ты? – негромко поинтересовался он.
Светловолосая натянула капюшон плаща по самые глаза.
– Не беспокойся, - глухо ответила она, оправляя темную пышную юбку.
Фрерин живо озирался, стараясь найти того мальчишку.
– Ух, я ему вырву его патлы… – пробубнил под нос гном, вставая на мыски.
Кайлих приглушенно засмеялась.
– Сдался он тебе… Тут такая толчея – неудивительно, что он чуть не сбил меня с ног… И еще эта юбка.
Нахмурившийся Торин усмехнулся.
– Тебе идет.
Из-под капюшона на него взглянули светло-карие прищуренные глаза.
– Идет. Тебе так же пошли бы эльфийские доспехи.
Торин засмеялся, но тут же его смех заглушил восхищенный гомон толпы.
Все трое обернулись.
– Что там такое? – нетерпеливо вцепившись в рукав брата, поинтересовался Фрерин, пытаясь стащить Торина с места.
– Действительно, - согласилась Кайлих, пристально вглядываясь в толпу.
Торин пожал плечами, и, подхватив брата и полукровку под руки, решительно шагнул вперед.
– Настоящая магия только для жителей Дэйла! Даже истари не посмеют сравнить свое волшебство с искусством великого мага Олафа! – уже совсем близко доносился звонкий, но жеманный девичий голос.
Наконец Торин и его спутники протиснулись в первые ряды.
На помосте был установлен небольшой шатер, а у него, около круглого столика, стояла темноволосая девушка. С сильно накрашенными сурьмой синими глазами и, будто окровавленными, алыми губами. Одета она была в белую легкую рубашку с глубоким декольте, талию стягивал кожаный корсет, на поясе был завязан шелковый алый, в тон губ, платок, прикрывающий ноги едва ниже бедер… Именно она вещала на всю площадь, бросая кокетливый взгляд пронзительно-синих глаз из-под длинных черных ресниц на всех собравшихся поглазеть на представление юношей и мужчин.
Рядом с ней стоял высокий рыжеволосый мужчина, облаченный в темный, с белым и серебристым узором на груди, балахон. Торс опоясывал темный широкий кусок атласной материи. На плечи был накинут длинный темно-серый плащ. Верхнюю часть лица скрывала черная маска, из прорезей которой алчно сверкали такие же синие, как и девушки, глаза. Рыжая шевелюра была зачесана назад, лишь одна прядь выбилась из нее, когда мужчина, резко повернув голову, посмотрел на появившуюся из глубины толпы троицу.
– Предсказание будущего, прозрение прошлого, знание настоящего, власть над материей, – продолжала девица, пристально глядя на Торина.
Тот оглянулся, надеясь, что эта весьма сомнительная дева смотрит не на него… Нет, она смотрела на него, но в конце толпы юноша приметил чей-то высокий – выше остальных присутствующих – силуэт, облаченный в серое. Капюшон, надвинутый по самый нос, скрывал лицо, но были видны пряди пепельных, с белоснежной проседью, волос и длинная борода…
Торин повернулся обратно. Маг показывал довольно простые «чудеса» – темно-коричневые кролики появлялись из бесформенной шляпы, стоящей на столике, из ниоткуда вылетали черные голуби…
«Разве может быть «великий маг» с грязными сапогами?» – ухмыльнулась про себя Кайлих, заметив облепленные комками грязи с прилипшими к ним хвоинками носки сапог, – «дешевый маскарад, не более…»
– Если кто-либо сомневается… - глубоким, нарочито таинственным голосом произнес маг, распахивая полы плаща.
Никто не успел понять, что, собственно, происходит, когда из рук мага вырвался сноп голубых и серебристых искр и взлетел в воздух.
Все ахнули.
Кайлих покачала головой - лишь она успела заметить в руках мужчины маленькую шутиху...
– Что ж, леди, хотите знать свое будущее? Или вспомнить хорошо забытое прошлое? – смотря прямо на девочку, спросил рыжеволосый.
Та опустила голову, стараясь не показывать свое лицо, и, понизив голос, якобы строго, с явной насмешкой, ответила:
– Я прекрасно знаю и помню свое прошлое, а будущее я знать не желаю – иначе жизнь потеряет смысл для меня.
В толпе вновь ахнули, пронесся шепоток. Кто-то захихикал.
Рот мага исказила бессильно злобная ухмылка.
– И что же, настоящее вас тоже не заинтересует?
– Зачем оно мне? Очевидно же – в данный момент я наблюдаю, как некий довольно талантливый фокусник пытается поразить публику.
Люди и гномы, взрослые и дети – все едва сдерживали смех.
Фрерин уткнулся лицом в плечо брата, давясь от хохота. Торин же покусывал нижнюю губу и хмурился.
Маг сузил глаза. Крылья его носа гневно раздувались, а на лбу выступила испарина.
– Грязнокровка, однако, также пытается потрясти публику, – громко прошипел он.
Кайлих вздрогнула. Торин чуть подался вперед, прикрывая собой девочку.
Но маг лишь ухмыльнулся, и вступил обратно на помост, будто бы ничего сейчас и не произошло.
Через пару мгновений толпа как ни в чем ни бывало ахала и охала, а маг Олаф непринужденно сыпал «чудесами». Но Торина, Фрерина и Кайлих в этой толпе уже не было.
– Обычный ярмарочный фокусник, – проворчал принц, протиснувшись сквозь последний ряд зевак.
Полукровка молчала, теребя полы плаща.
– Кайлих… – положив руку на плечо девочки, произнес Фрерин, заглядывая снизу ей в лицо.
– Все в порядке, – перебила его светловолосая, подняв голову и улыбнувшись.
Торин стоял, нахмурившись.
«Очень подло для настоящего мага так опускать… зрителя», – думал гном, слегка притаптывая ногой о мостовую, – «конечно, этот доходяга просто пытался оскорбить Кайлих, но ведь люди настолько наивны…»
Тут троица вздрогнула – что-то оглушительно хлопнуло, толпа разразилась дружным издевательским смехом.
Кайлих, Торин и Фрерин обернулись – на помосте, запутавшись в обуглившемся плаще, стоял весь покрытый копотью Олаф. Сзади него одна за другой взлетали из хорошо замаскированной коробки шутихи, ракеты, и все распускались алыми, оранжевыми, фиолетовыми пионами в небе, как бы в насмешку над фокусником. Девушка на помосте виновато поджимала губы и прятала взгляд...
Вдруг из толпы ввысь взвилась большая ракета, громко ухнула высоко над землей, и серебристо-голубой узор распустился в небе. Его линии соединялись в воздухе, переливаясь драгоценным сиянием, и вскоре в небе, раскидывая алые искры в воздухе, кружил гигантский огненно-золотой орел. Сделав большой круг над площадью, он взлетел ввысь, и там громоподобно взорвался, рассыпая над Дэйлом мерцающие даже в свете дня блестки.
Затихшая толпа торжествующе взревела. Детские голоса восторженно визжали, радуясь такой превосходной огненной потехе.
– Однако… – незаметно для себя улыбаясь, произнес Торин.
Он огляделся.
– Кого ты ищешь? – спросил Фрерин, любуясь на все еще сыплющиеся с неба искорки.
– Да так… Просто смотрю, – задумчиво ответил юноша, двинувшись по мостовой.
Через час помост, где недавно стоял шатер мага, был пуст. Вокруг него вновь беззаботно ходили по своим делам люди и гномы, и все, как один, обсуждали сегодняшнее представление.
Кайлих невольно прислушалась.
– Каков шарлатан! Дурит простым людям головы! Однако неплохо его разоблачили. Как думаешь, кто это мог быть? – спрашивала одна женщина, державшая за руку маленького, любопытно озирающегося мальчонку, у другой, рассматривающей яблоки на прилавке.
– Честно говоря – понятия не имею, но я вот слышала от лавочника Ханса, что он заметил среди толпы странного старика, одетого в серое. Ханс уверял меня самой Одинокой горой что видел, как на конце посоха старца зажглась ослепительная вспышка, и после шутихи этого фокусника взорвались. А через миг этого старика уже не было, – протараторила в ответ женщина, расплачиваясь с продавцом.
– Надо же! Я тоже слыхала, якобы это Серый Странник… – донесся издалека присоединившийся старческий голос.
– А вы видели ту девчушку, которая отважилась поставить этого доходягу на место? – вблизи раздался новый, уже мужской голос.
– Быстро разлетаются слухи, – ухмыльнувшись, произнес Торин, глядя в сторону удаляющейся в трактир веселой компании мужчин.
Кайлих вздрогнула. Голос гнома вывел ее из задумчивости.
– Серый Странник… Кто это? – спросила она, стараясь особо не попадаться на глаза прохожим.
– Серый Странник – это один из истари. Вообще-то северяне кличут его Гэндальфом, а эльфы – Митрандиром. Поговаривают, что он мастер устраивать огненные потехи. Дедушка и отец, бывает, привечают его, но я ни разу его не видел, – не дав вымолвить брату и слова, откликнулся Фрерин, косясь на прилавок, полный сладостей.
– Да и я тоже… – добавил Торин, снисходительно поглядев на братца, – хотя сомневаюсь, что это был именно этот маг. Давненько о нем не слышно. По тем же слухам.
Светловолосая кивнула.
– Ясно…
– Тори-и-ин… – обиженно протянул Фрерин, потянув брата за руку к прилавку.
Пару минут спустя все трое шли по направлению к Эребору, уплетая за обе щеки печенье. А из-за угла одного из домов провожал их добродушным взглядом ясных, совсем молодых глаз, Серый Странник.

***

Звонкие, ритмичные и решительные удары клинков друг о друга разносились эхом по огромной зале. Тяжелое, горячее дыхание вырывалось из груди, лбы покрыла испарина, лица и шеи испещряли струйки пота, рубашки были влажными.
Выпад, удар, разворот, вновь удар, быстрый переход и несколько ударов подряд – как будто Торин и Кайлих исполняли страстный, захватывающий танец.
Несколько прядей, выбившихся из длинной косы, прилипли к лицу, в глазах словно бурлила лава… Резкий разворот, и светловолосая размахнулась снизу, чтобы ударить мечом о меч Торина и выбить его из рук. Но клинки со скрежетом скрестились – ни Кайлих, ни Торин не хотели уступать.
Лезвие меча полукровки соскользнуло, и она повалилась на пол. Меч со звоном упал рядом, на каменные отполированные плиты.
– Ты в порядке? – осведомился сквозь негромкий смешок Торин, помогая девочке подняться.
– Все прекрасно! – непринужденно ответила Кайлих, поведя ушибленным плечом.
Принц утер со лба пот и с улыбкой посмотрел на полукровку.
Та, не обращая внимания на пристальный взгляд гнома, утирала мокрую шею. Светлые льняные пряди светились в полумраке каким-то лунным светом, каждое движение девчушки было одновременно и женственно и решительно, как у настоящего воина.
Торин со странной, неясной радостью наблюдал за Кайлих. Он любил ее так, как мог бы любить сестру… Но откуда юному принцу Эребора было знать, что он никогда не сможет так полюбить полукровку?
Она сжала в ладони рукоять своего массивного меча, и провела им по лезвию меча Торина…
– Продолжим? – с решительной улыбкой на губах произнесла девочка.
Сталь лязгнула вновь.

Прошло уже четыре года с того дня, как Кайлих попала в Эребор. Четыре года Увиденное преследовало ее кошмарным сном. Очень часто девочку навещали призраки родителей, она слышала их голоса. Порой они гудели в ушах, заглушая все остальные звуки, и тогда полукровка терялась в пространстве.
Четыре года. Как много может произойти за столь короткий, даже для полуэльфа, отрезок времени? Но ведь может…
А произошло действительно многое. Кайлих обрела тех, кого никогда не имела, и тех, кого потеряла и не надеялась найти – друзей, близких. Существ, которым она верила, и Кайлих знала, что они не предадут ее, она уверена в этом. Гномы без пренебрежения приняли ее, дали ей имя – Кибил-Нала, тайное имя гномов, а ведь Кайлих знала, как много это значит, и дорожила этим.
Она поборола свою беспомощность перед миром, так жестко и решительно показавшим полукровке, что же такое горе, смерть… Кровь нолдор и кровь кхазад побороли в ней слабую, беззащитную девочку. Казалось бы, девочка обрела счастье…
Но оставался в ней и затаенный от других страх. И он душил ее ночью, загонял в угол – она не знала, кто она.
«Ты чужая среди своих, и своя среди чужих. Ты не можешь стать кем-то одним. И тебе придется делать выбор, как пришлось бы его делать, будь ты перэдель. Рано или поздно, но ты сделаешь его… Зачем тебе бесконечно долгая жизнь эльфов, в которой у тебя ничего не будет, кроме мудрости и вечной юности … Есть ли у тебя хоть что-нибудь, ради чего ты пожертвуешь той жизнью? А будет ли?»
Эти мысли сковывали все существо Кайлих, она будто бы проваливалась в небытие.
Но если Кайлих металась между одной крайностью и другой, обитатели Эребора знали, кто она, и поэтому хранили секрет о ее пребывании в северном Подземном царстве гномов от жителей Дэйла и от всех обитателей окрестностей Одинокой горы… Гномы умеют хранить чужие тайны, что же и говорить о своих?
И все-таки Кайлих была счастлива. Каждый день был для нее ступенькой вверх, шагом вперед. Она жила настоящим, но часто обращалась к прошлому и нередко устремляла взгляд в будущее.
Просмотров: 1606 | Загрузок: 0 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 4.0/11 |
Всего комментариев: 4
0
4 Кайлих  
Да, я смогла отредактировать текст, так что Вы можете посмотреть, исправлены мои ошибки.)
Что касается фраз, то это связано с характером. Ну, и с эмоциями.
Спасибо, мне очень приятно.
-
Я уже нашла бету, даже две. Но Вы можете стать дополнительной biggrin
И еще - внешность Кайлих, но уже в более зрелом возрасте Вы можете посмотреть в галерее.
Так же я планирую иллюстрировать, так что можно будет посмотреть, как она выглядела в детстве.

1 Nora_Beng  
То есть оригинальный персонаж - полуэльф-полугном? Не думаю, что такое возможно в мире Толкина, но для фанфика - почему бы и нет smile

Есть несколько моментов, которые показались некрасивыми.
Например, слово "полукровка", использующееся в "Гарри Поттере", но никак не в книгах Толкина. Это слово стоит заменить чем-то нейтральным.
Ещё мне не понравился возраст, лучше уж сменить его на подростковый, чем оставить ребёнка с речами, слишком сложными для его возраста. Восьмилетним детям, уверена, даже эльфийским, трудно даже писать сложными предложениями, не говоря об устной речи.

И, конечно, весь текст надо проверить на ошибки, повторы, прочие недочёты...

2 Кайлих  
---
Насчет "полукровки" - я стремлюсь лишь приблизить это к Толкину, но не писать в стиле Профессора. Тем более, что у него подобное не встречалось. Ну, буду стараться заменять на "полугном", "полуэльф". Спасибо, простите.
---
Относительно возраста я подумаю. Но такие фразы вполне имеют место быть в ее речи - она мало говорит, и больше слушает.
---
В общем-то я ищу бету, чтобы он(а) проверяла текст... Да, есть опечатки.
---
Спасибо, буду учитывать. За награду - отдельное. happy

3 Nora_Beng  
Вам спасибо, достаточно интересный фанфик получается. А бету попробуем найти с помощью нашего паблика, вдруг кто откликнется? smile

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]


Все права на дизайн и оформление сайта принадлежат ресурсу Tolkienists.Ru.
При копировании материалов сайта активная и индексируемая ссылка на ресурс Tolkienists.Ru обязательна.
Tolkienists.Ru©2008-2019
Счетчики:
Яндекс.Метрика

Партнеры:
Связаться с нами:
Обратная связь

Оставить отзыв:
Гостевая книга



Все права на дизайн и оформление сайта принадлежат Администрации сайта.
Права на видеоматериалы, тексты статей и книг принадлежат их авторам и правообладателям, просьба их не нарушать.
При копировании любых материалов сайта работающая ссылка на Tolkienists.Ru обязательна!
Copyright Tolkienists.Ru © 2008-2019
Правила сайта Баннерообменник
Сайт оптимизирован под Mozilla и Opera
На сайте используется JavaScript, советуем разрешить этому ресурсу использовать его в настройках Вашего браузера для корректного отображения сайта
Кое-что об авторских правах