1. Вход
  2. Регистрация
    
Главная страница | Регистрация | RSS | Вход
    
Последнее подслушано: Вы были не готовы! Теперь Вы готовы!
Последние обновленные темы:
Администратор:
Admin, Elvenstar

Модераторы:

Elvenstar - энциклопедия Арда
Korvin - энциклопедия Амбер
a href='http://tolkienists.ru/index/8-1604'>Art-ek - энциклопедия Гарри Поттер
  • Горы Митсарн (60)
    Ksafan | 18 Февраля 2017 18:05
  • Симпатии (64)
    Эйн | 18 Февраля 2017 15:37
  • Лес Иссильдиан (216)
    Эйн | 16 Февраля 2017 17:13
  • Приветствие (41)
    Ventress | 14 Февраля 2017 15:14
  • Просто общаемся (2309)
    Rena | 14 Февраля 2017 12:58
  •  
    Цитата:
    Время сервера: 14:42

    Дата: 19 Февраля 2017
    [ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
    Страница 4 из 4«1234
    Форум » Дж.Р.Р. Толкин » Обсуждения » О Фродо ("Он собирался пожертвовать жизнью, а пришлось душой" (с))
    О Фродо
    йорхаэль Дата: Среда, 13 Апреля 2011, 02:04 | Сообщение # 1
    Оруженосец
    Группа: Гондорец
    Сообщений: 54
    ICQ:
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    О нём, любимом и уважаемом)

    ссылка на информацию о Фродо:
    http://tolkienists.ru/forum/32-53-157-16-1260112868



    мы ни капельки не долбанутые
    мы гордо зовемся толкиенутые
     
    йорхаэль Дата: Воскресенье, 17 Апреля 2011, 19:44 | Сообщение # 46
    Оруженосец
    Группа: Гондорец
    Сообщений: 54
    ICQ:
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Mandos, да, это очень важно попасть туда где надо, а там где надо - оставить просто звенящую тишину. работа просто показательна для других режиссеров, но самое главное - с какой любовью все это было сделано!!!!!

    мы ни капельки не долбанутые
    мы гордо зовемся толкиенутые
     
    Mandos Дата: Воскресенье, 17 Апреля 2011, 20:15 | Сообщение # 47
    Герцог
    Группа: Полуэльф
    Сообщений: 2520

    Прозвище: Странник

    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    таки да cool


    Сообщение отредактировал Mandos - Воскресенье, 17 Апреля 2011, 20:15
     
    йорхаэль Дата: Вторник, 19 Апреля 2011, 21:44 | Сообщение # 48
    Оруженосец
    Группа: Гондорец
    Сообщений: 54
    ICQ:
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Хоббитолюбы так и не появились, а то я чувствую, что мои излияния превратятся в чистой воды монолог( а мне бы хотелось с кем то обсудить ну буквально каждое движение., каждое слово уважаемого мистера Бэггинса) кину одну хорошую статью госпожи Аскман, сторонницей которого я являюсь уже года три:

    Слишком глубоко ранен: размышляя над решением Фродо об уходе Кэрин Майлос

    Слишком глубоко ранен: размышляя над решением Фродо об уходе
    Кэрин Майлос
    LСтолкновение с исконным злом навсегда делает человека отличным от доверчивых, Lнормальных¦ людей, которые закутываются в справедливость общественного строя словно в плащ безопасности¦.
    Jonathan Shay, Achilles in Vietnam
    Введение
    На первый взгляд, ответ на вопрос LПочему Фродо покинул Средиземье?¦ кажется простым: он был Lранен ножом, жалом и зубом долгой ношей¦ (Tolkien, 1993, 1026), которые все вместе нанесли сверхъестественные раны, полностью излечить которые не может ни одна сила в Средиземье. Но, возможно, сверхъестественные раны можно исцелить в сверхъестественной стране. Такова была надежда Арвен, Элронда и Гэндальфа, и так Фродо было предложено уйти на Запад, за море: LЕсли раны мучают вас и память о ноше тяжела, вы можете уйти на Запад, пока боль и усталость не излечатся¦. (Tolkien, 1993, 1010-11, курсив мой).
    Важно отметить, что даже если раны будут продолжать мучить Фродо, он также имеет возможность остаться. Возможность уйти за море была даром, предложенным Lесли вы тогда пожелаете этого¦ (Tolkien, 1993, 1010, курсив мой), позволение, а не приказ. Сосредоточившись на объективной, сверхъестественной природе ран Фродо, легко пропустить, что его реакция на безнадежное ранение была очень естественной и очень человеческой, и она была главным источником его мучений. Его судьбу определило, скорее, отношение к ранению, чем сами раны. В этой статье я буду рассматривать естественные последствия травмы Фродо и то, как возрастающее уныние привело его к уходу из Средиземья.
    Последствия травмы: память, боль,уныние
    Согласно определению Американской Психиатрической Ассоциации, событие (или последовательность событий) рассматривается как травмирующее человека, преодолевшего или наблюдавшего его, если оно вызывает Lреальную или предполагаемую угрозу смерти или серьезный ущерб, или угрозу физической целостности¦ и Lесли заставляет человека переживать значительный страх, беспомощность или ужас¦ (APA, 1994, 427-28). Вслед за травмой оставшийся в живых обычно испытывает такие симптомы как навязчивые воспоминания, отчуждение, разобщение и перевозбуждение, что вместе во времена Толкиена называлось Lшрапнельным шоком¦, а сейчас известно как синдром посттравматического стресса.
    Жизнь Фродо после Путешествия представляла собой типичный случай последствий травмы: начальное удивление и облегчение от того, что остался в живых, за которыми следуют возвращение воспоминаний, впечатлений и физические боли, вызванные травмой. Надежда на возвращение к обычной жизни сменяется осознанием того, что она надолго изменена травмой, что Lэто не настоящее возвращение¦ (Tolkien, 1993, 1026) к прежней жизни, к прежнему себе (Matsakis, 1992, 232, 235; Shay, 1994, 185.). Это особенно верно для тех, кто, как Фродо, подвергся повторяющейся, хронической травме: LДолгое время после освобождения у тех, кто был подвергнут принудительному надзору,= остаются психологические следы плена¦ (Herman, 1992, 95.). После осознания, что он был глубоко ранен, и это не пройдет так просто, человека одолевают разочарование и депрессия.
    Мы можем видеть это на опыте Фродо. Его первые слова после пробуждения, когда он считал, что умер, были заверением Сэма со смехом, что LДа, со мной все в порядке¦= (Tolkien, 1993, 988.). Но проходили недели и месяцы, воспоминания об испытаниях всплывали и оставались, и все больше беспокоили Фродо. (Tolkien, 1981, 327.)
    Ежегодные болезни
    Беспокойство Фродо было усилено ежегодными болезнями, во время которых он мысленно, эмоционально и физически заново переживал наиболее травмирующие события своего Путешествия. Это явление возвращения боли и навязчивых воспоминаний, часто вызываемых значимыми датами или иными напоминаниями о травмировавшем событии, является главным признаком посттравматического стресса. (APA, 1994, 428; Herman, 1992, 37.)
    В каждую годовщину своего ранения на Заветери и в Кирит Унгол Фродо соскальзывал в диссоциативное состояние, в котором Lего глаза, казалось, не видели - вещей вокруг него¦ (Tolkien, 1993, 1026) и Lказалось, видел далекие вещи¦ (Tolkien, 1993, 1063). Фермеру Коттону, оказавшемуся рядом с Фродо в первую болезнь тринадцатого марта, Фродо Lказался наполовину во сне¦, поскольку тот лежал на кровати, сжимая белую жемчужину Арвен. (Tolkien, 1993, 1062.)
    Эта душевная агония сопровождалась возвращением физической боли от ран. LЭто мое плечо¦,= объяснил Фродо в ответ на заботливый вопрос Гэндальфа в первую годовщину шестого октября после Путешествия. LРана болит, и память о тьме давит на меня¦. Даже во время Путешествия боль от раны кинжалом возвращалась к Фродо, когда Призраки Кольца были рядом: когда лодка спускалась по Андуину, и один из Призраков пролетел над головой, Lбыл смертельный холод, как память о старой ране, в плече [Фродо>¦, (Tolkien, 1993, 407) аналогично в Минас Моргул, Lв старой ране запульсировала боль, и холод потянулся к сердцу Фродо¦. (Tolkien, 1993, 733.)
    Аналогично, и столь же типично для синдрома оставшегося в живых, другие воспоминания о прошлых испытаниях вызывали у Фродо значительный дискомфорт. Из-за болезни, вызванной годовщиной его ранения, простое появление у брода через Бруинен, где Фродо едва избежал преследования Призраков Кольца, настолько растревожило Фродо, что он Lказалось, с неохотой= ехал через поток¦ (Tolkien, 1993, 1026.). А когда компания проезжала Заветерь несколько дней спустя, LФродо попросил их поторопиться, и не смотрел на холм, но ехал в его тени с опущенной головой и плотно закутавшись в плащ¦. (Tolkien, 1993, 1026.)
    Уныние
    Кроме физических и психологических мучений, эти болезни приводили Фродо в уныние, омрачали его надежду просто жить и оставить позади все прошлые ужасы. (Tolkien, 1981, 329.) Он находил все более трудным поверить, что темные дни прошли, он склонялся к тому, что они непременно вернутся.
    После первой ежегодной болезни, шестого октября, 1419 год по ширскому счету, Lболь и беспокойство прошли, и Фродо снова был весел, так весел, как будто не помнил черного дня накануне¦. (Tolkien, 1993, 1026.) Скрытая депрессия задерживается; когда он и его друзья приблизились к Ширу, Фродо заметил, что, возвращаясь домой, чувствует, что Lкажется, снова засыпает¦. (Tolkien, 1993, 1034). Это говорит о том, что сомнения насчет будущего поселились в его сердце. Однако, все еще была надежда, что болезнь не вернется.
    Эта надежда рухнула 20 [13? - Тинэльвен> марта 1420 г. С этого момента Фродо стал все более уходить в себя. Хотя Lприступ прошел¦ и Фродо Lоправился¦ (Tolkien, 1993, 1062), впоследствии он Lжил тихо¦, Lпостепенно выпадал из жизни Шира¦, и часто сжимал в руке камень, который Арвен дала ему, чтобы помочь справиться с грустными воспоминаниями. (Tolkien, 1993, 1063.) Он, кажется, разочаровывается в жизни этим летом, но все же его подавленная жалоба Сэму в октябре 1420, что LЯ ранен, ранен; это никогда не будет действительно излечено¦ (Tolkien, 1993, 1063)= показывает, что даже тогда, когда он почти решил уйти, он все еще цепляется за надежду, что боль и память прекратят возвращаться. Даже в этом случае указано, что Фродо пришел в себя и Lбыл самим собой на следующий день¦. (Tolkien, 1993, 1063.) Но во время четвертой болезни Фродо, 13 марта 1421, акцент сместился от выздоровления к агонии; нам говорят, что только Lс большим усилием¦ Фродо скрыл это от Сэма (Tolkien, 1993, 1063-64), и нет упоминаний о последовавшем приходе в себя.
    Как это типично для симптома оставшегося в живых (Hybels-Steer, 1995, 105; Matsakis, 1992, 136), повторение приступов травмирующих воспоминаний и памяти о боли вызывали в Фродо отчаяние и сомнение в том, что он когда-либо будет Lдействительно излечен¦. (Tolkien, 1993, 1063.)
    Последний удар Сарумана
    Стресс Фродо, несомненно, был усилен памятью о прощальных словах Сарумана: LНо не рассчитывай, что я пожелаю тебе здоровья и долгой жизни. У тебя не будет ни того, ни другого. Но это не мое деяние.= Я просто предсказываю¦. (Tolkien, 1993, 1057.)= Внешне это кажется предсказанием, оправданным позднейшими событиями. Однако тщательный анализ убедительно доказывает, что на деле это было последней местью Сарумана, попытка уничтожить Фродо, посеяв семена сомнений, которые проросли бы и задушили последние остатки надежды,= за которые все еще цеплялся Фродо
    Саруман был лжецом. Его сила убеждения наиболее драматично была продемонстрирована в противостоянии Гэндальфу в Ортханке (Tolkien, 1993, 601-07); но даже после того, как Гэндальф сломал его жезл, лишив его силы, искусные речи Сарумана остались ловушкой для неосторожных. На пути из Минас Тирита в Ривенделл, когда Гэндальф узнал, что Древобород освободил Сарумана, полагая его безвредным, Гэндальф выразил опасение, что Lу этой змеи еще остался один зуб, я уверен. У него ядовитый голос, и я думаю, что он убедил тебя, даже тебя, Древобород, найдя мягкий уголок в твоем сердце¦. (Tolkien, 1993, 1016.) В этом свете утверждение Сарумана, что он Lпросто предсказывает¦, выглядит явно лицемерным: гораздо более вероятно, что он использовал невысказанные страхи и печали Фродо как его слабые места и придал обману соответствующую форму.
    Как ни странно, Фродо сам предостерегал хоббитов против силы голоса Сарумана: L Не верьте ему! Он лишился всей мощи, кроме своего голоса, который еще может запугать или обмануть вас, если вы это позволите¦. (Tolkien, 1993, 1056, курсив мой). И все же, Фродо ясно видел все в отношении других, но в отношении к себе самому был слеп. Саруман, которому не удалось нанести Фродо удар ножом, заменил его словами, которые вкрались в уязвимое сознание Фродо, часто посещали его и превращали боль и каждое воспоминание в предзнаменование гибели.
    LНеразумные самоупреки¦
    Помимо очевидного бремени ужасных воспоминаний и физической боли был и другой источник мучений. Толкиен пишет, что Фродо страдал от Lнеразумных самоупреков¦ из-за притязания на Кольцо у Роковой Щели: Lон воспринимал себя и все им сделанное как полную неудачу¦. (Tolkien, 1981, 328.) Это явление Lвины оставшегося в живых¦ - типичный, Lпрактически общий¦= (Herman, 1992, 53) симптом.
    Начать упрекать себя Фродо мог, когда понял, что он навсегда травмирован искушением завладеть Кольцом и жалеет о его исчезновении. LОно ушло навсегда¦, сказал Фродо тринадцатого марта в бреду, Lи сейчас темно и пусто¦. (Tolkien, 1993, 1062; 1981, 328.) После выздоровления от своей болезни Фродо, несомненно, ужасается сам себе, и со времени этой болезни, ставшей основным толчком к решению уплыть (Tolkien, 1981, 329), смотрит на себя как на приговоренного: он притязал на Кольцо и поплатился надеждой стать когда-нибудь свободным от искушения завладеть им и найти снова в жизни покой, как и Горлум.
    Все же истинным приговором Фродо было милосердие, не осуждение. (Tolkien, 1981, 327.) И Гэндальф, и Фродо полагали, что насильственный отъем Кольца лишит Фродо рассудка (Tolkien, 1993, 74, 972), но, когда Кольцо было отобрано у него, с применением силы, Фродо стал Lснова собой; и в его глазах теперь был мир, не напряжение воли, не безумие, не страх. Бремя спало¦.= (Tolkien, 1993, 982.)
    Да, Фродо не отдал Кольцо по собственной воле, вследствие чего та часть его, которая была способна желать Кольца, осталась непобежденной, следовательно, искушение напоминало о себе. (Tolkien, 1981, 328.) С другой стороны, Фродо никогда полностью не уступал власти Кольца, часть его, пересиленная, но явно не разрушенная Кольцом, все еще желала уничтожить его. Поскольку его воля, подавленная силой Кольца, должна была быть спасена от него, уничтожение Кольца стало для Фродо избавлением от бремени. От самого Кольца и его силы Фродо был освобожден; но шрамы, причиненные Кольцом, остались, возможно, навсегда. Он был глубоко ранен, но он жил бы.
    В дополнение к Lнеудачной¦ попытке расставаться с Кольцом, Фродо также должен был жить с Lнеудачей¦ в попытке спасти хорошую сторону Горлума. По наблюдениям специалиста по травмам Джудит Льюис Херман, присутствие при любой смерти, уж не говоря о смерти того, с кем ты был эмоционально связан, может вызвать Lособенно серьезное¦ чувство вины оставшегося в живых. LСобственное спасение при знании, что другие встретили худшую судьбу, вызывает серьезные угрызения совести. Оставшихся в живых при несчастном случае или на войне часто преследуют образы умерших, которых они не могли спасти¦. (Herman, 1992, 54.)
    Так что, по всей вероятности, вместо того, чтобы находить утешение в том, что он выжил, Фродо чувствует, что не заслуживает такой милости: он не только был неспособен Lспасти¦ Горлума, но и его жизнь была куплена ценой падения и смерти Горлума. Кроме того, брось Фродо Кольцо в огонь немедленно, Горлум мог быть спасен, возможно, для другого случая, могущего обратить его к добру. Горлум погиб, потому что Фродо не выполнил долга. Таким, по крайней мере, было решение разума, замученного самоупреками.
    LНе для меня¦
    Еще одно, в чем Фродо, кажется, беспричинно чувствовал себя виноватым, была его Lнеудача¦ в попытке обезопасить Шир от вреда. Фродо принял бремя Кольца, поскольку он желал спасти Шир: LЯ хотел бы спасти Шир, если бы мог- Я чувствую, что пока Шир лежит позади, безопасный и уютный, я буду находить мое странствие более терпимым: я буду знать, что где-то есть надежная опора, пусть даже не для меня¦. (Tolkien, 1993, 75-76.) Зрелище Шира, перенесшего беду, несмотря на его жертвы, станет ужасным ударом для Фродо, ухудшившимся осознанием того, что его собственная настойчивость в желании сначала увидеть Бильбо, Lчтобы ни случилось¦, (Tolkien, 1993, 1021), предоставила Саруману возможность повернуть прямо в Шир, расставшись с ривенделлскими компаньонами,= и установить мелкую тиранию Лото с худшими из разрушений. (Tolkien, 1993, 1050; 1056; 1132.)
    Многое говорят слова Фродо Сэму в Залесье. Когда Сэм возражает: LНо я думал, вы собирались радоваться Ширу тоже, год за годом¦, Фродо отвечает: LЯ тоже так думал раньше. Но я слишком глубоко ранен, Сэм¦. (Tolkien, 1993, 1067.) Слишком глубоко ранен, чтобы продолжать жить в Шире? Нет. Слишком глубоко ранен v как Фродо воспринимает это v чтобы наслаждаться жизнью в Шире. LДля спасения Шира он пожертвовал собой самим, даже здоровьем, и у него не осталось чувств, чтобы наслаждаться им¦. (Tolkien, 1992, 129, курсив мой.)
    Но не только жизнь с незалеченными ранами и возвращающимися болезнями приводила его в уныние. Следующие слова Фродо Сэму показывают другую причину его неспособности наслаждаться: LЯ старался спасти Шир, и он был спасен, но не для меня¦. (Tolkien, 1993, 1067, мой курсив.) Это не случайность, что Фродо говорит о состоявшемся спасении Шира безучастным голосом. Как он это видит, он пытался защитить Шир он зла, но потерпел неудачу, и Шир был спасен не благодаря ему, а вопреки.
    Обратите внимание, как, несмотря на растущее беспокойство и толчок первой ежегодной болезни шестого октября, Фродо все еще мог говорить легко и с его характерным остроумием, иронией, когда он пришел в Шир со своими друзьями. Но когда они ехали через Шир, и перед их глазами разворачивалась глубина разрушений, Фродо стал Lтихим и выглядел весьма печальным и задумчивым¦ (Tolkien, 1993, 1040), в то время как остальные трое приятелей весело болтали.
    С этого момента Фродо показан в подавленном и серьезном состоянии. Каждая фраза спокойна, даже отстраненна, и не остается ни следа легкомыслия или остроумия. Ясный вид разорения Шира привел к депрессии, которая в конечном счете заставила Фродо расстаться с надеждой найти там счастливую жизнь.
    Изгнание и искупление
    Так же кажется вероятным, что Фродо, обремененный осознанием неудачи, полагал, что он не заслуживает снова наслаждаться жизнью в Шире. В течение Путешествия Фродо постепенно избавился от тоски по дому и предназначил себя в жертву судьбы для спасения Шира. Ко времени, когда он достиг Мордора, он ожидал смерти. После уничтожения Кольца, когда он и Сэм лежали на рушащейся Роковой Горе, Фродо чувствовал обретенный покой только потому, что собирался умереть. (Tolkien, 1981, 327.) Жертвуя своей жизнью ради Путешествия, он расплатился за свою Lнеудачу¦, связанную с присвоением Кольца.
    Только он не умер. И постепенно, как только прошла первоначальная эйфория от обретенной жизни, тревожащие воспоминания и чувство вины проползли обратно в его сознание и стали преследовать его. (Tolkien, 1981, 327-28.) Именно в связи с этой депрессией, порожденной виной, Арвен сделала Фродо предложение об уходе за море. Нетрудно видеть как Фродо, в таком душевном состоянии, мог воспринять Эльфийский Дом не только как надежду на исцеление, но также как последний шанс стать героем: уход за море был альтернативным путем пожертвования жизнью, изгнанием, которому он мог (возможно, даже должен был) подвергнуть себя во искупление владения Кольцом.
    Поиск безопасности
    Объективному наблюдателю эти самоупреки могут казаться Lнеразумными¦. Но на подсознательном, эмоциональном уровне, вина оставшегося в живых на самом деле есть попытка жертвы травмы восстановить чувство безопасности и порядка в жизни, разрушенной опасностью и хаосом. LПредставлять, что можно было бы добиться большего успеха, может быть более терпимым, чем оказаться лицом к лицу с полной беспомощностью¦. (Herman, 1992, 54.)
    Восстановление ощущения безопасности v первое и наиболее фундаментальное изменение в процессе восстановления после травмы. (Herman, 1992, 155, 159.) И здесь заключалась привлекательность Эльфийского Дома за морем: это была полная безопасность, окончательное бегство от зла и горя. Как Фродо сказал Сэму в Кирит Унгол, LТолько Эльфы могут спастись. Прочь, прочь из Средиземья, далеко за Море¦. (Tolkien, 1993, 946.)
    Напротив, разрушенный Шир больше не был приютом для Фродо, безопасным местом, где он мог спрятаться от зла, виденного в широком мире.
    LЯ знал, что впереди лежит опасность, конечно¦, - сказал Фродо Гилдору Инглориону в начале Путешествия, - Lно я не ожидал встретить ее в своем собственном Шире. Хоббит не может спокойно пройти от Водьи до Реки?¦ На это Гилдор отвечает, что LШирок мир вокруг вас: вы можете отгораживаться от него, но не можете отгородиться навсегда¦.
    LЯ знаю¦, ответил Фродо, Lи все же Шир всегда казался таким спокойным и знакомым¦. (Tolkien, 1993, 97.)
    Что Фродо действительно хотел, вернувшись из Путешествия, так это вернуть свою утерянную чистоту, вернуть прежнее чувство безопасности и защищенности, которое он познал в родной стране. Как Толкиен писал в одном из писем (1981, 329), Фродо хочет Lтолько Lстать собой¦ снова и вернуться назад к знакомой жизни, которая была оборвана¦. Но на пути домой, когда Фродо был угнетен первым возвращением боли шестого октября, которое стало ударом: LЭто не настоящее возвращение. Хоть я могу прийти в Шир, он не покажется прежним; поскольку я не стану прежним¦. (Tolkien, 1993, 1026.) И это сбылось, Шир не останется прежним.
    Препятствие восстановлению
    LНазад пути нет¦. Что тогда насчет пути вперед? Как только оставшийся в живых признал и подтвердил факт безвозвратных изменений и оплакал потерянное, он или она оказываются перед лицом восстановления, собирания осколков былого и продолжения постоянно меняющейся жизни. (Baures, 1994, 203-205; Hybels-Steer, 1995, 105, 107; Herman, 1992, 196; Shay, 1994, 55.) Именно этот процесс самовосстановления и возвращения в общество составляют сущность Lисцеления¦ оставшегося в живых.
    Независимо от того, какую роль могла играть сверхъестественная сторона ранений Фродо, несколько полностью естественных психологических и социальных факторов препятствовали его восстановлению: его собственная изоляция и молчание о своих страданиях, недостаток внимания местного общества и сильная привязанность к Бильбо.
    Чтобы добиться внутреннего исцеления, оставшемуся в живых необходимо Lрассказывать истории¦, не только как изложение сухих фактов, но и позволяя остальным узнать и разделить бремя эмоционального воздействия травмы. (Shay, 1994, 189.) Однако Фродо поступал как раз наоборот: хотя он частным образом составлял описание Войны Кольца, о воздействии Войны на себя он хранил молчание, пряча свои страдания от других. Во время первой болезни он молчал, пока Гэндальф намеренно не спросил: LБольно, Фродо?¦ на что Фродо неохотно признал, что да. (Tolkien, 1993, 1026.) При второй болезни Фродо Lничего не сказал о себе¦ (Tolkien, 1993, 1062) Сэму, который был в отсутствии в это время. Состояние, в котором Сэм находит Фродо, уединившегося в своем кабинете, следующего шестого октября, доказывает, что Фродо, вероятно, снова пытается скрыть свою болезнь; за откровенным признанием, что он был ранен и страдает, немедленно следует отметающее вопрос Lно затем он встал, и приступ, казалось, прошел, и на следующий день он был самим собой¦. (Tolkien, 1993, 1063.) И снова, когда Фродо болел в следующем марте, Lс большим усилием он скрыл это, поскольку Сэм имел достаточно дел, занимавших мысли¦. (Tolkien, 1993, 1064.)
    Возможно, это был способ хоббитов облегчить неприятности (Tolkien, 1993, 480, 904), но с точки зрения настоящего исследования травм и восстановления, молчание о себе было наихудшим из возможных путей для любого, кто перенес травмы такого масштаба, как испытал Фродо. Молчание и обособленность Фродо препятствовали возможности поправиться даже от естественных последствий ранения.
    Чувство изолированности Фродо усиливалось недостатком внимания со стороны соотечественников. LСэма было больно замечать, как мало почета имеет Фродо в собственной стране¦. (Tolkien, 1993, 1063.) По наблюдению Джудит Льюис Херман (1992, 70), ветераны всегда были очень чувствительны к тому, как их принимают по возвращении домой; признание и память о жертвах ветерана близкими людьми есть обстоятельство, от которого зависит преуспевание в излечении военных ран и обретении места в обществе.
    Правда, Фродо был удостоен пышной церемонии на Кормалленском Поле, но все же этот тип формальных церемоний Lредко удовлетворяет тоску ветеранов по признанию¦. (Herman, 1992, 70). Тип признания, который излечивает v личное, заинтересованное, внимательное слушание рассказа не только об испытаниях ветеранов, но и об эмоциональном воздействии этих испытаний на ветеранов. (Shay, 1994, 189.) Но даже имей Фродо желание говорить, Lнемногие [в Шире> знали или хотели знать о его делах и приключениях¦. (Tolkien, 1993, 1063.) Обнародование травмы, потребное для восстановления, таким образом, было затруднено не только молчанием Фродо, но и недостатком в обществе интереса к выслушиванию того, через что он прошел.
    В безразличии жителей Шира Фродо нашел подтверждение своему представлению о себе как о ненужном, просто Lсломанном неудачей¦. Напротив, когда Фродо ехал в Серые Гавани, LЭльфы восхищенно приветствовали¦ его и остальных Хранителей Колец (Tolkien, 1993, 1067, курсив мой). Возможно, будущий почет ожидал его в Эльфийском Доме; все же поручение Фродо Сэму Lчитать Алую Книгу - так, чтобы люди помнили Великую Опасность и любили свою родную страну еще больше¦ (Tolkien, 1993, 1067) показывает неуспокоенное желание, чтобы его собственный народ признал и оценил трудности, которые он вынес, защищая их.
    Следуя за Бильбо
    Наконец, сильная привязанность к Бильбо обеспечила дополнительный стимул к отплытию. Бильбо был тем, кого Фродо любил больше всех (Tolkien, 1981, 328), и замечание Фродо, что LХранители Кольца должны идти вместе¦ (Tolkien, 1993, 1067), возможно, отражает нежелание Фродо разлучаться с Бильбо, также как и неверным восприятием себя скорее как обреченного уплыть, чем обладающего правом бывшего Хранителя Кольца.
    Давней, но, я уверена, значительной раной Фродо была потеря родителей из-за несчастного случая, когда Фродо исполнилось двенадцать. (Tolkien, 1993, 34-35; 1136, 1138.) В очень чутком возрасте, особенно для хоббитов, Фродо испытал одну из глубочайших возможных потерь. Несколькими годами позже Бильбо взял Фродо под крылышко и стал приемным родителем, к которому Фродо очень глубоко привязался, только для того, чтобы потерять его, когда он покинул Шир на совершеннолетие Фродо. Следующие семнадцать лет, хотя Фродо Lбыл полностью счастлив¦ (Tolkien, 1993, 56), он также тосковал по Бильбо и с годами становился все более беспокойным.
    Однако Фродо лелеял тайную надежду, что он может однажды снова найти Бильбо. Зная Бильбо в те дни, когда он обладал Кольцом, Фродо испытал иллюзию обмана времени и старения. Бильбо был на семьдесят восемь лет старше Фродо, хоть и выглядел как хоббит в лучшие годы своей жизни. Следовательно, Фродо было нетрудно верить, что Бильбо еще жив (Tolkien, 1993, 55, 76), и ждать, чтобы последовать за ним и однажды найти его.
    Но когда Фродо нашел Бильбо в Ривенделле, старый хоббит больше не был нетронутым временем. Зрелище истинного возраста и слабости Бильбо, стоящего на краю смерти, конечно, стало ударом для Фродо. Впервые Фродо столкнулся с действительностью: однажды Бильбо уйдет, без надежды на возможное Lобретение¦.
    Когда во время Путешествия Фродо скучал по Ширу, его воспоминания возвращались к тем дням, когда он жил с Бильбо в Бэг Энде. (Tolkien, 1993, 335-36.) Но те дни, Фродо постепенно понимал, никогда не вернутся. Таким образом, Шир без Бильбо, даже без перспективы возможности посетить Бильбо по своему желанию, был не тем Широм, который Фродо любил.
    Толкиен писал (1981, 328), что смертные, ушедшие за море, в конечном счете, умрут, но не ясно, понял ли это сам Фродо. Уход за море был пусть не полным спасением от смерти, но, по крайней мере, отсрочкой окончательной разлуки с Бильбо. Возможно, в Благословенной Земле годы и смерть могут быть обмануты медленным течением времени, и Фродо мог вернуть подобие идиллических дней своей памяти, живя рядом с Бильбо в месте, где осталось обещание рая¦ LLАрда Неискаженная¦, Земля, нетронутая злом¦. (Tolkien, 1981, 328.)
    Заключение
    Раненый, измученный, истерзанный сомнениями и самоосуждением, Фродо основывал свое решение только на двух возможностях: либо его раны прошли бы (Lдействительно исцелились¦), в этом случае Фродо, освободившийся, мог остаться, либо его раны не пройдут, в этом случае Фродо, приговоренный, должен был уйти.
    По иронии судьбы, Фродо выбрал море не потому что Lжелал¦ этого, но полагая, что не имеет выбора. Поскольку он не мог обрести Lпрежнюю знакомую жизнь¦ или, точнее, прежнее беззаботное настроение, в котором он мог наслаждаться ей, Фродо заключает, что он никогда не сможет снова радоваться никакой жизни в Шире.
    Глубочайшая рана Фродо состояла в том, что он чувствовал себя раненым, в его понимании, что в Среднеземье он никогда снова не станет таким, как был. Он не мог жить с осознанием этого.
    LЯ объясняю, - писала специалист по травмам Mary Baures (1994, 18-19), - что при лечении я подразумеваю не то, что потеря меньше ранит, или что она исчезает, но то, что люди могут найти некий смысл в несчастье, так что они могут продолжать жить¦.
    LИзлечение наступает, - сказал переживший Холокост Elie Wiesel, - когда раны больше нет¦.


    мы ни капельки не долбанутые
    мы гордо зовемся толкиенутые


    Сообщение отредактировал йорхаэль - Вторник, 16 Августа 2011, 14:28
     
    йорхаэль Дата: Вторник, 16 Августа 2011, 14:24 | Сообщение # 49
    Оруженосец
    Группа: Гондорец
    Сообщений: 54
    ICQ:
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    молчим???? я тут читала черновики, нашла кое-что очень интересное по поводу персонажа Фродо, про то, как он менялся постепенно) хотите?)

    мы ни капельки не долбанутые
    мы гордо зовемся толкиенутые
     
    Кхарут Дата: Вторник, 16 Августа 2011, 16:05 | Сообщение # 50
    Герцог
    Группа: Истерлинг / Пират Умбара
    Сообщений: 1869
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Хотим. С удовольствием выслушаю.

    "Что пригодится человеку в пути? Ноги - чтобы идти, голова, чтобы глядеть... всё это у тебя есть. А удачи тебе и так не занимать."
     
    йорхаэль Дата: Вторник, 04 Октября 2011, 17:19 | Сообщение # 51
    Оруженосец
    Группа: Гондорец
    Сообщений: 54
    ICQ:
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    НЕ СВОДИ ГЛАЗ С ГОРИЗОНТА
    1. Розочка крепко держала Сэма за руку и не спускала с него обеспокоенных глаз. Слёзы катились по его щекам, переползали на шею и исчезали в воротнике рубашки.
    Она не знала, что говорить. Но Сэму достаточно было одного ее присутствия, иначе он бы совершенно впал в отчаяние. Расставаться было вполовину не так тяжело, как вернуться обратно домой, войти в кабинет мистера Фродо и осознать, что он никогда больше не застанет хозяина за письменным столом над ворохом бумаг, что никогда не увидит его усталую, но всегда светлую улыбку, и никогда не услышит его голоса.
    - Никогда – прошептал Сэм и сжал ладонь в кулак. Слёзы побежали в два раза быстрей, оставляя на щеках широкие дорожки. Пламя свечи дрогнуло от его вздоха.
    - Сэм – ласково сказала Розочка, прижимая его руку к своему сердцу. Говорить, что так надо, что так будет лучше, было бессмысленно, но она шептала ему это, быстро, сбивчиво, не замечая того, что и по ее лицу бегут слёзы. Капли дождя стекали по оконному стеклу, пламя свечи дрожало, Эланор в кроватке перевернулась на правый бок.
    Сэм обнял Розочку и поцеловал ее. От привкуса соли перед глазами его снова предстало море и белый корабль на фоне сияющего заката. Прощальная улыбка мистера Фродо, прощальный луч фиала.
    - Сэм – прошептала Рози, освобождаясь из его объятий. Сэм непонимающе посмотрел на нее, - Сэм, кто-то стучит.
    Этот кто-то не просто стучал, а, по всей видимости, бил по двери ногой. Сэм переглянулся с Рози и пошел открывать.
    На пороге, мокрая от дождя, стояла Лаванда Бэгшот. Рози вскочила с места и, взяв ее за руку, ввела в дом.
    - Лаванда, дорогая, отчего ты бродишь по ночам в такую погоду одна? – обеспокоенно спросила Рози. Лаванда ничего не ответила, она даже не взглянула на нее, все ее внимание было устремлено на Сэма. Он опустил глаза вниз, смущенный и удивленный таким внезапным пристальным вниманием. Потом снова поднял на нее взгляд, вглядываясь в их выражение.
    Лаванда смотрела на него, чуть прищурив покрасневшие глаза. Лицо мистера Гэмджи было мокрым от слез, а значит, ее страхи подтвердились.
    - Мистер Гэмджи – произнесла она едва-едва, голос ее дрожал так сильно, что слова трудно было бы разобрать, если бы Сэм уже не прочел их в ее глазах, - Он не вернется?
    Сэм покачал головой, не задумываясь о том, почему эта хоббитянка спрашивала о мистере Фродо и откуда она узнала, что он уплыл.
    - На Запад? – спросила Лаванда. Сэм кивнул. Она наконец-то отвела от него взгляд, беспомощно крутя головой налево и направо, словно выискивала ответы в темных углах. Эланор открыла глазки и, не произнося ни звука, смотрела на Лаванду, сжимая в ладошках одеяльце. Лаванда улыбнулась, помахав девочке ладонью, но потом стремительно поднесла ее к губам, стараясь подавить громкий всхлип.
    - Лаванда, останься или позволь нам тебя проводить – начала Рози, но не успела договорить, Лаванда прошмыгнула в дверь и растворилась в ночи.

    2. Море пело песню. Свою тихую, нежную песню о великом, о том, что не способно понять простое человеческое или хоббитское сердце. Может быть, эльфы и другие высшие понимали, о чем оно поет, что таится в его необъятном просторе, но маленькое создание, сидящее на краю невысокого обрыва, и не пыталось этого сделать, оно просто чувствовало.
    Чайки проносились над головой хоббитянки, сидящей на берегу, и она высоко задирала голову, чтобы проследить за их полетом, чтобы увидеть, как они растворяются за линией горизонта или как их силуэт плавно скользит на фоне заката. Чтобы перенести их на бумагу.
    Скрипя угольком, она выводила каждый изгиб волны, отражая каждый золотистый блик на ее гребне серым полутоном. Чайка скользила над огромным закатным диском солнца. Уголек скользил по бумаге, и вот уже нежные облака почтительно скопились у самой кромки рисунка, отдавая солнцу последний поклон.
    Тонкие пальцы очертили корму небольшого, но изящного корабля, плывущего вслед за солнцем, ветер расправлял его белоснежные паруса, тонкая линия мачты, словно стрелка компаса, прямо указывала на запад. Внезапно, рука рисующей резко дернулась вбок, уголек оставил жирную черную полосу вдоль волн, закрыв собой одну из чаек.
    Хоббитянка закрыла лицо руками, оставив черные пятна на щеках. Ветер развевал ее каштановые волосы, разбрасывая по плечам, изредка вздрагивавшим. Отняв руки от лица, она всмотрелась в линию горизонта, солнце почти скрылось, но золотое сияние стало ярче, его-то Лаванда не могла перенести на рисунок. Она перевернула страницу своего альбома – на ней был изображен хоббит, на вид лет сорок, но по глазам было заметно, что жизнь он повидал сполна. Вьющиеся темные волосы обрамляли красивое лицо с совершенно не по-хоббитски правильными чертами. Большие светлые глаза лучились грустью и добротой. На тонкой серебряной цепочке сквозь вырез рубашки виднелась небольшая жемчужина.
    Мистер Фродо.
    Лаванда перевернула страницу. Снова мистер Фродо, сидит за письменным столом – одна ладонь сжимает плечо, другая, на которой не хватает пальца, лежит на книге.
    Еще страница, еще один момент из жизни Фродо – снова и снова. И только море и корабль у нее изобразить не получалось. Лаванда отложила альбом и легла на спину, вглядываясь в вечернее небо, в котором уже разгорались звезды. Ей вспомнилась песня, которую она услышала в лесах Шира.
    Тогда она впервые увидела Фродо.

    3. Лаванда уже больше часа наблюдала за мистером Фродо – о нем слишком много говорили после исчезновения мистера Бэггинса старшего, и отнюдь не всегда хорошие вещи. Например, то, что он чудак уже давно стало непреложной истинной в глазах всех ширских жителей, а между тем личность его обрастала все большими и большими тайнами. Но чем больше говорили про мистера Бэггинса младшего, тем сильнее разгоралось любопытство юной, несмышленой девушки. Тем более, что мистера Фродо многие ее сверстницы находили необыкновенно привлекательным. Сейчас он сидел под деревом, уткнувшись в книгу, временами проводя пальцем по строчкам, и повторял прочитанное наизусть, то внезапно устремляя свой взгляд куда-то вдаль.
    Лаванда устроилась удобнее на охапке листьев, поставив корзинку с грибами рядом, и поглядывала временами на мистера Фродо, задумываясь о том, как странно он на нее влияет. Она и раньше слышала о необыкновенной истории, случившейся с его дядей, и даже не раз сталкивалась с ним на ширских дорогах, но после того, как она случайно познакомилась с Фродо, он уже не выходил из ее мыслей ни на секунду. Что-то невероятно прекрасное было в его голосе, невероятно мудрое в словах, невероятно красивое в лице – и что поделать, сердце юной хоббитянки попалось в сети любви. Не раз она спрашивала своих родителей о молодом Бэггинсе, чем приводила их в явное замешательство. Мама Лаванды все прекрасно поняла по одному лишь блеску в ее глазах, но мистер Фродо был для нее слишком уж «не таким как все», и она была категорически против любых разговоров о нем, несмотря на то, что мистер Фродо был богат. Отец Лаванды больше принимал во внимание последнее обстоятельство, и даже пытался временами поговорить с женой, но после внезапного исчезновения мистера Бильбо он и думать об этом забыл, и Лаванду попросил о том же.
    Но разве способно юное сердце разлюбить так скоро? Лаванда задумалась об этом, не замечая, как мистер Фродо оставил свою книгу и медленно приближался к ней. Вряд ли он подозревал о ее присутствии, так как, споткнувшись об ее корзину, он с криком упал в кусты. Лаванда вскрикнула от неожиданности, и пока мистер Фродо выпутывался из кустов, убежала в деревню.

    Лаванда сидела у двери на стуле, сжимая в руках чашку с водой, так она запыхалась, пока бежала до дома, мама что-то готовила, отец орудовал лопатой в поле, все было так же, как и всегда, но только не для Лаванды. Потому что она видела в окно, как приближается мистер Фродо к ее дому. Она не могла сдвинуться с места, чтобы побежать к нему навстречу и предупредить его, чтобы он не показывался родителям на глаза, иначе ей несдобровать. Она только смотрела, чувствуя, как трясутся руки, и чашка вот-вот выпадет из пальцев.
    - Кто это там? – спросил отец Лаванды, приложив ладонь козырьком к глазам, вглядывался в знойную даль.
    - Добрый день, мистер Бэгшот – ответил мистер Фродо, вежливо склоняя голову в знак приветствия. Мистер Бэгшот ответил ему тем же, воткнув лопату в землю и опираясь на нее всем весом. Весь вид его источал настороженность, словно он боялся, что мистер Фродо начнет вытворять какие-нибудь странные чудачества или того хуже – его увидят соседи Бэгшотов.
    - Чудесный день сегодня, не так ли? Чем могу быть любезен? – спросил он, наблюдая за тем, как мистер Фродо, слегка прищурив синие глаза, смотрел на кого-то позади него. Бэгшот обернулся и увидел, что его дочь стоит на крыльце, опустив голову и теребя в руках подол передника.
    - Дорогая, иди в дом, здесь жарко – сказал он своей дочери, но мистер Фродо оборвал его на полуслове.
    - Простите, мистер Бэгшот, я как раз пришел к вашей дочери. Дело в том, что я по нелепой случайности напугал Лаванду в лесу, и она обронила корзинку с грибами. Я не хотел бы лишить вас вкусного обеда, поэтому поспешил тут же ее вернуть – сказал он, вручая корзинку мистеру Бэгшоту.
    - Лаванда, возьми корзинку и иди в дом – сказал он своей дочери, и Фродо почувствовал в его голосе недовольство.
    - Прошу прощения еще раз – мягко сказал мистер Фродо, и, кивнув в знак прощания, вышел со двора.

    Лаванда сидела под деревом, там, где обычно сидел мистер Фродо. Был теплый осенний вечер. Она была уверена, что он не придет, так как он никогда не приходил туда по вечерам, и каково же было ее удивление, когда чей-то голос приветствовал ее. Она обернулась и вскочила от неожиданности. Мистер Фродо улыбался, прислонившись к дереву. Кудри его шевелил легкий вечерний ветерок, а цвет глаз казался особенно глубоким в лучах заходящего солнца.
    - Простите господин Фродо, я не думала, что вы будете здесь – сдержанно ответила Лаванда, пытаясь скрыть волнение. Фродо внимательно смотрел на нее, но старался не смутить, поэтому быстро отвел глаза в сторону заходящего солнца.
    - Мне показалось, что ваши родители были не рады моему визиту. Я надеюсь, вам не слишком досталось из-за меня? – спросил он, глядя на нее по-отечески добрыми глазами.
    - Нет, что вы! Мне жаль, что я не смогла вас поблагодарить за то, что вы вернули мне мою корзинку, я была бы рада вас угостить – начала она, но, замявшись, прикусила язык и отвернулась от пронзительно ясных глаз.
    - Ничего страшного - ответил мистер Фродо. Он стоял, молча наблюдая за синицей, сидевшей на ветке и напевавшей свою вечернюю колыбельную природе. Казалось, что он позабыл о том, что Лаванда все еще рядом. Бедной девушке было страшно произнести что-либо, но любопытство раздирало ее изнутри.
    - Господин Фродо, вы однажды напевали песню на чудном языке, она была такой грустной…не могли бы вы перевести, о чем она? – спросила она, не выдержав. Мистер Фродо обернулся, удивленно сдвинув брови, потом присел недалеко от нее, но на почтительном расстоянии.
    - Это на эльфийском языке, сказание о Берене и Лютиэнь – начал он, устроившись поудобнее, и продолжил, по временам бросая на нее испытывающий взгляд, словно проверял, слушает ли она.

    Лаванда напевала отрывок Лейтиан, вдыхая запах цветущих лип и чувствовала, что этот мир действительно необыкновенно прекрасен, потому что в нем есть, кого любить.

    4. На следующий день Лаванда, робея, вздрагивая от мысли о том, что Фродо будет не рад ее видеть, подошла к нему. Он сидел на том же месте, перелистывая большую книгу, по временам внося на поля кое-какие замечания.
    - Здравствуйте, мистер Фродо. Я за новой порцией историй – сказала она, смущенно отводя глаза.
    - Здравствуй Лаванда – ответил он, - Я рад, что тебе нравится. О чем ты хочешь послушать сегодня?
    - Я бы хотела узнать, откуда взялись эти Сильмариллы, и что с ними произошло потом? – спросила она, присаживаясь гораздо ближе, чем следовало.
    - О, часть истории о том, что с ними произошло потом, я бы сам хотел услышать, а вот про то, как они появились, я знаю лишь по обрывочным рассказам моего дяди. Но все же я тебе кое-что расскажу – сказал он, как можно незаметнее отодвинувшись от нее, а потом и вовсе вскочил на ноги и принялся расхаживать перед ней взад-вперед, заложив руки за спину, как бывало, делал дядя Бильбо перед маленькими хоббитятами. Такого внимательного слушателя он еще никогда не встречал, даже Сэм, и тот временами отвлекался на какую-нибудь мелочь, а Лаванда просто не сводила с него глаз. Его тревожил ее взгляд, полный какого-то необъяснимого трепета, впрочем, Фродо было все ясно, и это пугало его больше всего.
    - Ну, все, довольно на сегодня сказок, мне пора – сказал он и ушел.

    Было 23 сентября. Лаванда уже час наблюдала, как облетает листва с деревьев. В Шире творились странные дела, жуткие всадники на черных конях рыскали повсюду. Поговаривали, что все это как то связано с мистером Фродо. С тех пор, как он переехал в Ручейную Балку, не сказав ей ни единого слова, она все равно каждый день продолжала приходить на это место, словно надеясь на то, что он будет по-прежнему с книгой в руках и с интересной историей.
    Листья опадали, словно оранжевый снег. В глубине души она чувствовала, что все не так как раньше в этом мире, что-то изменилось. Стало темно и холодно. Бэг-Энд был не таким, как раньше.

    5. Серая грязь прилипла к ногам мистера Бэгшота, ею были забрызганы его лодыжки, колени и даже руки. Сырое, холодное мартовское утро встретило его новой порцией тумаков от громадин, которые расхаживали по его участку, топтали и ломали то, что он строил в течение всей своей жизни. Один из них стоял позади на всякий случай, если Бэгшот вздумает сопротивляться, но тот и не мыслил о таком, а просто смотрел на то, как уничтожали его жизнь. Всего этого не случилось бы, если бы он не послушался своей неусидчивой дочери, которой не нравилось то, что творится в родном краю. Ее друзья вздумали поднять восстание, и теперь он, Бэгшот, должен расплачиваться за то, что недоглядел за ней. Громадины рубили его любимые яблони, а тисовая беседка, его гордость, теперь лежала грудой досок и мусора, розовые кусты, выращенные Лавандой, были вырваны с корнем и оставлены умирать.
    Лаванда смотрела на это сквозь крошечное зарешеченное окошко специально отстроенной тюрьмы. В темнице было холодно и сыро, солнечные лучи в нее не проникали, и Лаванда переминалась с ноги на ногу, пытаясь унять дрожь. Все ее мысли были о ее бедном отце, которого она так сильно подвела. Тедди предупреждал, что нужно было подождать еще немного, прежде чем выступать, что нужно было собрать больше повстанцев и делать все это в тайне, но их слишком быстро раскусили, и все потому, что она рассказала Питу Обертауну, разведчику громадин, о готовившемся восстании. Посмотрев под ноги, она едва различила свое отражение в луже – исхудавшее лицо, на котором остались только лишь глаза. Она встала на носочки и снова посмотрела в окошко – отца вели обратно в темницу, только теперь глаза его потускнели.

    6. Снаружи что-то творилось, Лаванда слышала крики, разговоры о том, что кто-то вернулся и что-то готовится. Имя Фродо Бэггинса заставило Лаванду трепетать от волнения и восторга. Теперь она часами дежурила у окошка, глядя на дорогу. И вот в один день она увидела небольшую процессию, во главе которой шли четыре хоббита. Она узнала их сразу, несмотря на то, что все они разительно изменились за прошедший год. Мистер Фродо шел, опустив голову, мистер Мэрри и мистер Пипин о чем-то возбужденно переговаривались, Сэм озирался по сторонам и сжимал от злости кулаки.
    - Что они сотворили с нашим Широм? – причитал он, хватаясь за голову. Фродо промолчал, мистер Мэрри что-то ему ответил.
    - Лаванда, милая, что там? – окликнул ее отец. Лаванда обернулась и с улыбкой сообщила о том, что вернулся мистер Фродо и, кажется, они скоро будут освобождены. Словно в подтверждение ее слов, в коридоре раздались шаги, потом открылась дверь. На пороге стоял Тедди с широкой улыбкой на губах.
    - Мы свободны – радостно крикнул он, обнимая мистера Бэгшота. Лаванда выскочила на улицу, оглядываясь в поисках Фродо. Они стояли неподалеку, разговаривая с ширрифами.
    - Здравствуйте, мистер Фродо – тихо сказала она, неуверенно приблизившись к ним. Хоббиты обернулись, оглядывая ее с ног до головы.
    - Ба, так это младшая Бэгшот?! – воскликнул мистер Тук, снимая с себя плащ и накидывая его на Лаванду.
    - Бедняжка, как ты исхудала! Пойдем-ка со мной – сказал мистер Фродо, приглашая следовать за ним.
    - Долго тебя там держали? – спросил он, внимательно вглядываясь в лицо Лаванды.
    - Да, но они обращались со мной вполне сносно – ответила она, отворачиваясь от его взгляда.
    - Я видел, что они сделали с вашим домом. Мы все восстановим, не думал я, что застану Шир вот таким – с горечью проговорил он, открывая дверь в нору губернатора. Он усадил ее у камина и велел принести поесть.
    Лаванда бросала на него быстрые, внимательные взгляды, пытаясь понять, что произошло. Она видела перед собой мистера Фродо, такого же, как и прежде и одновременно совершенно другого, отстраненного, незнакомого. В нем и раньше было что-то невидимое глазу, а теперь это проступало насквозь, сияло и сверкало на поверхности, но Лаванда не знала, как это назвать. Он стал необыкновенно красив, такой же, как эльфы, о которых он ей рассказывал.
    - Мистер Фродо, что с вами случилось? – тихо спросила она, пододвигаясь ближе. Фродо посмотрел на нее и слабо улыбнулся.
    - Я обещаю рассказать тебе про это, как только все уладится, это слишком длинная история – ответил он, потом по-отечески погладил ее по голове и ушел.

    7. Удивительно, как быстро восстанавливался Шир после почти годового плена. Засевались поля, отстраивались норы, в садах снова появились цветы. Край снова становился таким, каким он был испокон веков – прекрасным уютным и спокойным уголком. Над всем этим стояла четверка хоббитов, о подвигах которых ходили легенды.
    Лаванда брела вместе с Сэмом и слушала его рассказ про Кольцо и Фродо.
    - В Минас-Тирите теперь правит Арагорн, тот самый Следопыт, которого мы встретили в Бри – закончил свой рассказ Сэм и посмотрел на Лаванду, по щекам которой бежали слезы.
    - Ну что ты, все ведь кончилось хорошо, теперь нас ждут впереди прекрасные спокойные времена – проговорил он. Лаванда широко улыбнулась, вытерла слезы.
    - А вот и Розочка – сказала она, указывая Сэму на полянку, где его ожидала Рози. Сэм улыбнулся и побежал к ней, Лаванда попрощалась с ними, потом постояла в раздумье и побрела к Бэг-Энду.
    Было 6 октября. Листья падали на землю, превращаясь в мягкий ковер для хоббитских ног. Лаванде подумала о новой норе, которую им помогли вырыть половина Шира, о том, что теперь мистер Фродо больше никуда не уедет и сможет рассказывать ей свои истории чаще.
    Она остановилась у его дверей и хотела постучать, но рука ее застыла в нерешительности. Она покачала головой и побрела прочь, мимо окон, уговаривая себя в них не заглядывать. Но она не могла удержаться, ведь она и так отказалась войти в дом. Заглянув в окно, она застыла в испуге – мистер Фродо лежал на кровати, бледный, волосы прилипли ко лбу, рука беспорядочно бродила по груди, а губы двигались, словно в горячей молитве. Но больше всего ее испугал застывший взгляд его запавших, покрасневших глаз. С ним происходило что-то ужасное, но никого не было рядом. Она ринулась со всех ног к дверям, но налетела на старика Гэмджи, внезапно возникшего из-за угла.
    - Дядя Гэмджи, мистеру Фродо нездоровится, скажите об этом кому-нибудь – быстро проговорила она дважды, потому что с первого раза он ее не расслышал.
    - Хорошо, девочка, я понял, а теперь ступай к себе, негоже тебе бродить под чужими окнами – ответил он, подталкивая ее к выходу. Лаванда бросила еще один встревоженный взгляд в окно, потом убежала домой, утирая рукавом слезы.

    На следующий день она прокралась в сад Бэг-Энда, заглянув в окно кабинета мистера Фродо. Но в этот вечер он сидел за столом своего кабинета совершенно здоровый и что-то записывал в большую книгу.

    8. Был поздний вечер, звезды начали зажигаться на небе одна за другой, легкий теплый ветерок шевелил волосы Лаванды, шагавшей домой. Впереди кто-то неторопливо шел, и что-то внутри нее подсказало, что это был мистер Фродо. Она непроизвольно ускорила шаг и скоро его нагнала.
    - Добрый вечер, Лаванда – сказал он, улыбаясь. В его улыбке было что-то невыносимо горькое, что Лаванда сумела разглядеть даже при лунном свете.
    - Что с вами? – тихо спросила она, заглядывая ему в глаза, впервые не испугавшись сделать это. Мистер Фродо опустил глаза, о чем-то неслышно шевельнув губами, потом снова взглянул на нее.
    - Я узнал, что случилось с Сильмариллами после и сейчас прекрасный повод, чтобы рассказать об этом – ответил он, поднимая глаза к звездам. Лаванда вслед за ним подняла глаза к небу, слыша его тихий, спокойный и проникновенный голос. Он говорил об эльфах, звездах, людях, о невероятных подвигах, об ужасных предательствах и перед глазами Лаванды проносились одна за другой все вехи истории Средиземья, мир расширялся в ее сознании с каждым словом.
    - А вы видели море, мистер Фродо? – спросила Лаванда, когда на горизонте обозначилась тонкая полоска рассвета, и он закончил рассказывать.
    - Только во сне – ответил он, улыбнувшись. Вид у него был усталый, глаза смотрели теперь почти со скорбью. Лаванда посмотрела на него, потом гневно сжала кулаки.
    - Почему о ваших подвигах в Шире знают лишь единицы? Об этом должны знать все! – воскликнула она с негодованием. Фродо с улыбкой посмотрел на нее и покачал головой, потом окинул поля долгим взглядом, словно смотрел на них в последний раз. Лаванда удивленно посмотрела на него, и внезапно она все поняла, и глаза ее наполнились слезами.
    - Вы снова уйдете? – робко спросила она. Мистер Фродо посмотрел на нее, слабо улыбнулся и кивнул. Они просидели молча еще с минуту, потом мистер Фродо встал, глубоко вздохнул.
    - С тобой все будет хорошо, благословляю тебя именем Лютиэнь, намариэ – сказал он и зашагал прочь.
    Лаванда молча смотрела ему вслед.

    9. За окном кружилась буря, временами бросая в окно снежные хлопья. На улице было белым бело, неясные тени серебрились в лунных лучах, временами вспыхивающих в ночной мгле. Пламя свечи временами вздрагивало, бросая причудливо пляшущие тени на потолок и на стены.
    Лаванда смотрела в бурную снежную ночь, сжимая в руках книгу. В оконном стекле отражалась противоположная стена, с которой на нее смотрел портрет мистера Фродо. Тени скользили по рисунку, оживляя знакомые до боли, но уже стершиеся из памяти черты.. Сквозь буран она услышала птичий щебет, шелест листвы, почувствовала запах цветов. Она была сейчас там, в прошлом, ранним летом, и Фродо был рядом с ней. Но постепенно щебетание птиц затихло под натиском снежной бури. Лаванда открыла глаза, тень пробежала по стеклу, и на краткий миг ей показалось, что Фродо стоит там, за окном с улыбкой в глазах. Постепенно видение растаяло, Лаванда убрала ладонь от оконного стекла.
    Ей казалось, что за окном бушует море.


    мы ни капельки не долбанутые
    мы гордо зовемся толкиенутые
     
    йорхаэль Дата: Вторник, 04 Октября 2011, 17:20 | Сообщение # 52
    Оруженосец
    Группа: Гондорец
    Сообщений: 54
    ICQ:
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    вышенаписанное моё, фанфик так сказать с альтернативным сюжетом. помидорами не закидывать

    мы ни капельки не долбанутые
    мы гордо зовемся толкиенутые
     
    yaroslav661 Дата: Четверг, 06 Октября 2011, 18:34 | Сообщение # 53
    Крестьянин
    Группа: Эльф
    Сообщений: 1
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Йорхаэль,это просто ВЕЛИКОЛЕПНО,я в восторге,прямо зачитался,у вас талант,отличный рассказик,очень,очень понравился,продолжайте писать и дальше.

    Победа за Западом!
     
    Ирмо_Лориен Дата: Вторник, 25 Октября 2011, 04:28 | Сообщение # 54
    Генерал
    Группа: Полуэльф
    Сообщений: 580

    Прозвище: Житель Валинора

    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Mandos, Не забывай, Арагорн еще потомок эльфов с одной стороны, а с другой потомок трёх великих людских домов.

    Я самый добрый в мире, а если найду добрее, убью и опять буду самым добрым
     
    йорхаэль Дата: Воскресенье, 29 Января 2012, 18:47 | Сообщение # 55
    Оруженосец
    Группа: Гондорец
    Сообщений: 54
    ICQ:
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Quote (yaroslav661)
    Йорхаэль,это просто ВЕЛИКОЛЕПНО,я в восторге,прямо зачитался,у вас талант,отличный рассказик,очень,очень понравился,продолжайте писать и дальше.


    спасибо большое))) приятно итать такие отзывы...толькожаль, что со дня моего последнего пребывания тред не продвинулся ни на одну страницу((((


    мы ни капельки не долбанутые
    мы гордо зовемся толкиенутые
     
    Acelebel Дата: Среда, 01 Февраля 2012, 20:05 | Сообщение # 56
    Лорд
    Группа: Эльф
    Сообщений: 840

    Прозвище: Дочь Элрохира и принцесса Имладриса

    ICQ:
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    йорхаэль, правдо КРУУУТООО!!! Я пыталась... подобное питсать... но - не вышло...(

    Радости вам, ребят! :) ^_^
     
    olya1995 Дата: Среда, 15 Февраля 2012, 15:10 | Сообщение # 57
    Ополченец
    Группа: Эльф
    Сообщений: 39
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Прикольный)
     
    Нариэль Дата: Вторник, 06 Мая 2014, 18:53 | Сообщение # 58
    Военачальник
    Группа: Эльф
    Сообщений: 461

    Прозвище: Лесной Дух

    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Большое спасибо)))

    O'nen i-Estel Edain, u'-chebin estel a nin...
     
    zelich Дата: Четверг, 09 Октября 2014, 21:51 | Сообщение # 59
    Крестьянин
    Группа: Эльф
    Сообщений: 1
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    Ищу карту с путем Фродо
    Помогите пожалуйста

     
    Nora_Beng светлое сердце Дата: Пятница, 10 Октября 2014, 08:32 | Сообщение # 60
    Король
    Группа: Вала
    Сообщений: 3459
    Статус: Вне Средиземья
    Награды:

    zelich, ищущий да найдёт... Карту целиком (от фанатов) можно найти в интернете минут за 5, воспользовавшись поисковиком, на нашем ресурсе такой нет.

    Зато есть вот такое: участок пути, прорисованный Кристофером Толкином и с датировками.


    - Замужем за Admin

    с мечтой о полёте
     
    Форум » Дж.Р.Р. Толкин » Обсуждения » О Фродо ("Он собирался пожертвовать жизнью, а пришлось душой" (с))
    Страница 4 из 4«1234
    Поиск:



    Все права на дизайн и оформление сайта принадлежат ресурсу Tolkienists.Ru.
    При копировании материалов сайта активная и индексируемая ссылка на ресурс Tolkienists.Ru обязательна.
    Tolkienists.Ru©2008-2017
    Счетчики:
    Яндекс.Метрика Рейтинг Ролевых Ресурсов
    Palantir Рейтинг@Mail.ru

    Партнеры:
    Связаться с нами:
    Обратная связь

    Оставить отзыв:
    Гостевая книга
    Оценить сайт
    на xeanon.com



    Все права на дизайн и оформление сайта принадлежат Администрации сайта.
    Права на видеоматериалы, тексты статей и книг принадлежат их авторам и правообладателям, просьба их не нарушать.
    При копировании любых материалов сайта работающая ссылка на Tolkienists.Ru обязательна!
    Copyright Tolkienists.Ru © 2008-2017
    Правила сайта Баннерообменник
    Сайт оптимизирован под Mozilla и Opera
    На сайте используется JavaScript, советуем разрешить этому ресурсу использовать его в настройках Вашего браузера для корректного отображения сайта
    Кое-что об авторских правах

    )\